Человек не видит результата своей работы

Обычный человек, выполняющий обычную работу, не видит конечного результата своего труда. Процесс производства растянут. Творческий потенциал конвейерной работы стремится к нулю.

Я работал на заводе токарем и за два года ни разу не видел конечный результат своей работы. Даже те детали, которые целиком и полностью изготавливались мною на токарном станке, были лишь частями большего механизма. Единственным исключением были болты и гайки — их предназначение очевидно, ничего большего для их правильной работы добавлять не нужно. К сожалению, я трудился на большом станке, на котором мелочи не производились…

Утеряв творческую составляющую в работе, мы утеряли интерес к ней. Для нас важно не то, что мы делаем, а сколько за это получаем. Заработанную платы мы тратим на продукты потребления. Соответственно, критерием определения статуса человека становится не то, что человек создает, а то что он потребляет.

Волонтерская деятельность, в глазах общества потребления, теряет смысл — какой толк от того, что ты кому-то помогаешь, если тебе за это не платят или это не приносит тебе славы (а значит, ты не конвертируешь затраченное время на продукт потребления). Благотворительные фонды, которые изначально создавались как кассы взаимопомощи в лютеранских общинах, тоже превращаются в бизнес — организатор благотворительного фонда имеет право на часть собранной суммы, это регулируется законодательством (и в этом нет ничего плохого, по сути).

Отсюда растут и ноги синдрома вечного «мне должны» — мне должны то, должны это и я никому не должен. Государство превращается в продукт, в который люди как бы инвестируют свое время. Поэтому, государство обязано быть демократическим (инвесторы должны определять развитие продукта) и «справедливым» по отношению к «угнетаемым классам» (нельзя называть отклонение от нормы отклонением нормы, если это не приносит очевидный вред окружающим). Люди считают, что за сам факт их рождения в государстве, которое владеет нефтяными месторождениями, им обязаны оплачивать их жизнь. Люди по умолчанию не хотят прилагать усилия, а потребительское отношение к государству это стремление к праздности лишь усиливает.

Многие ругают СССР за то, что в нем не было широкого разнообразия продуктов потребления и отсутствовала «демократия». Но в этом никогда не было проблемы — СССР строило государство по другой модели и в той модели были другие ценности. Поэтому, оценивать проблемы СССР можно только с позиции тех ценностей, которые лежат в основе выбранной модели, по которой государство строилось. Например, проблемой СССР можно назвать разросшийся бюрократический аппарат, но никак не однообразие в выборе рыбных консерв в конце восьмидесятых.